«Без свидетелей» в постановке Никиты Сергеевича Михалкова, пожалуй, может претендовать на самый обсуждаемый спектакль года. Причина понятна и не нуждается в комментариях: в последние годы Михаил Олегович Ефремов больше известен своим временным местом пребывания, а не ролями и скандальными проектами.
И я купила билет за 26 тыс рублей просто потому, что очень хотела посмотреть на «Мастерскую Никиты Михалкова», театральную постановку Михалкова, Михаила Ефремова и Анну Михалкову на сцене. Ничего и никого из перечисленного я раньше никогда не видела.
В 18.00 нарядная я стояла на Поварской перед шикарным зданием Дома Киноактера, переделанного в новенький стильный театр. Поднимаясь по высокой лестнице навстречу чему-то грандиозному, я волновалась, как на выпускном экзамене.
Уже в буфете стало ясно, что больше половины публики пришли не за магией. С такими ценами на билеты даже вполне обеспеченной интеллигенции пришлось ютиться на задних рядах партера и в бельэтаже. Но мне повезло.
Сидела я, правда, между «элитой» и элитой: очень свирепым мужчиной в голубом свитере (по виду — браток из 90-х) и очень надменным мужчиной в дорогущем пиджаке (по виду — чиновник высокого ранга). Оба привели тишайших жен. «Чиновник» поморщился, когда хрустнула упаковка моего букета бордовых роз.
«У вас аллергия на цветы?» — спросила я. Надеюсь, что достаточно надменно — «Думал, вы принесли целлофановый пакет, и думал поворчать, но раз цветы, то ладно», — разрешил «чиновник».
А дальше… Я не помню, честно.
Потому что Михаил Ефремов и Анна Михалкова втащили меня в свой поезд на высокой скорости и не отпускают до сих пор. И я вовсе не сравнивала спектакль с фильмом Михалкова «Без свидетелей», где играл другой блистательный дуэт — Михаил Ульянов и Ирина Купченко. Там — другое.
Здесь же — фантом любви, ярость, отчаяние, ненависть, одиночество, страх, свет, темнота и любовь другая. Здесь история одной супружеской пары и одного актера со сложной судьбой.
Здесь — Ефремов, жадно, из всех сил вдыхающий и выдыхающий свою роль, словно пациент на приеме у пульмонолога. Такой отдачи на сцене я не видела, пожалуй, ни разу.
Здесь — Михалкова в своей первой (правда?) театральной роли, как красивая пластичная рыба в прозрачной воде. Здесь то, что я для себя назвала «драмой разговоров» — когда и действия вроде нет, и сюжет ты знаешь, но в диалогах спрятано что-то важное. Настолько, что трудно дышать от восторга и смущения.
И я не хочу раскладывать этот спектакль на атомы. Выискивать блох, рассматривать придирчиво и нервозно. И я не призываю вас на «Без свидетелей», если вы не «любите театр, как люблю его я». Потому что увидеть за «народными» приемчиками для любящей от души поржать публики чеховские глубины, темные воды души каждого из героев дано не всем зрителям. Зрителям первых рядов 5 апреля точно не дано. Но они вели себя тихо, лишь иногда гулко роняя на пол вибрирующие семнадцатые айфоны.
А на поклоне послушно встали и даже чуточку кричали «Браво!». И нет, они не плакали самыми чистыми из слез — слезами очищения. А я да. Сказала бы, что роняя на лепестки прекрасных бордовых роз, которые хотела вручить Анне Михалковой, но в последний момент поняла, что они для Михаила. Протянула и сказала «Спасибо». А он будто не верил, что грохот аплодисментов и эта жизнь новая для него, будто все еще ждал из центра зала гнилого помидора.
Но нет. Для большого, огромного таланта — только цветы. А талант Михаила колоссален. И Анна Михалкова тоже без преувеличения — великая.
Спасибо вам, Никита Сергеевич, за этот творческий подвиг.
Спасибо Михаилу и Анне за эти незабываемые полтора часа. Уже три дня прошло, а я еще там, среди старых диванов, нелепых стульев в облезлой квартире жены, встретившейся внезапно со своим неприглядным прошлым. А, может, не таким уж неприглядным?
Пусть каждый решит для себя. Без свидетелей.
Екатерина Гуркина
Фото: Мастерская 12
Свежие комментарии